Что такое nft художники

Кто использует NFT

На данный момент технология может работать с большим количеством видов контента — картинками, видео, анимациями и даже мемами.

Художник из Южной Каролины Майк Винкельман a.k.a Beeple, о котором мы упоминали выше, выставил на аукционе Christie’s огромный коллаж из 5 тысяч цифровых изображений, которые он ежедневно рисовал на протяжении 13 лет. Для знаменитого аукционного дома продажа полностью цифрового арта оказалась первой за всю историю существования Christie’s. 11 марта коллаж продали за рекордные 69 миллионов долларов.

Так же NFT-токены активно используют в играх с внутренними покупками для того, чтобы подтвердить владение виртуальными предметами — комплектами брони, оружием, зданиями и скинами. Это нужно, в первую очередь, для того, чтобы игроки могли переносить предметы между своими аккаунтами, перепродавать их, а также с помощью токенов заявлять о владении. При этом у игроков нет авторских прав на эти предметы, они всё ещё находятся у компании-разработчика, однако NFT-токен подтверждает неоспоримое право собственности внутри системы.

Но самый необычный способ использовать NFT-токены продемонстрировала компания Injective Protocol. Она купила работу Morons (White) художника Бэнкси за 95 тысяч долларов и во время трансляции в Твиттере сожгла картину. После этого компания привязала невзаимозаменяемый токен к цифровой версии уничтоженной работы.

Теперь Morons (White) существует только в цифре и принадлежит Injective Protocol. Компания объявила, что пошла на такой шаг для того, чтобы создать из физической работы полноценный крипто-арт, который существует только в цифровом пространстве.

Помимо картин и музыки, благодаря NFT на аукционе смогли продать и полноценный мем. В прошлом месяце из под молотка ушёл популярный в десятых годах Nyan Cat — пиксельный кот, который летит сквозь космос под веселую чиптюн-мелодию. Мем стоил будущему обладателю около 580 тысяч долларов.

Видеоигры — как отличить инновацию от микротранзакций в новой обёртке

Новости о видеоиграх с привязанными к ним NFT вызывает у геймеров как праведный гнев, так и неподдельный интерес. Под давлением общественности на попятную пошли создатели S.T.A.L.K.E.R. 2, а выручка онлайн-магазина Ubisoft со скинами с новомодной технологией и вовсе исчисляется в трехзначных суммах.

С другой стороны, мобильная Axie Infinity регулярно становится источником сенсаций, а неисправимый романтик Питер Молинье уже заявил о рекордных доходах пока только анонсированной NFT-игры Legacy. Почему одни инициативы с блокчейн-технологией «выстреливают», а другие обречены на позор и осмеяние?

Пример видеоигры, наиболее ярко засиявшей на рынке NFT — это мобильная Axie Infinity. В ней игроки выращивают милых монстров, похожих на покемонов, скрещивают их, прокачивают и сталкивают в онлайн-схватках в стиле гача-игр. Однако из-за системы генетики и прокачки каждого питомца геймеры создают уникальных существ, каждое из которых может быть продано на внутреннем игровом рынке за криптовалюту.

За каждым из питомцев сразу после его создания закрепляется NFT, который впоследствии и может быть продан вместе с монстром — в игре продажа токена напрямую соответствует продаже актива. Axie Infinity настолько успешно развила идею play-to-earn, что тысячи людей бросают свои работы и с головой уходят в новое увлечение, обеспечивая себя и семьи пропитанием.

Принципиально другой пример со своей Legacy представил Питер Молинье. Он привязал в своей будущей игре криптотокены к различным участкам земли, и это сработало — по состоянию на 16 декабря, ещё не вышедший проект уже заработал 53 миллиона долларов. Сам геймдизайнер намерен создать полноценный бизнес-симулятор с элементами ММО, основанный на технологии блокчейна.

Земля в Legacy — это не просто актив за донатную валюту, подчеркивает создатель: на территориях, приобретенных игроками, другие геймеры будут развивать свой онлайн-бизнес, выплачивая виртуальным лендлордам ренту в местной валюте — LegacyCoin.

В обоих этих случаях работает ключевая особенность NFT — привязанный к ним актив должен быть уникальным, а количество жетонов может быть огромным, но не безграничным. Земли в Legacy Питера Молинье рано или поздно закончатся, точно так же как и новые вариации монстров в Axie Infinity. И игроки, подгоняемые осознанием этого, продолжают усиленно гриндить и инвестировать в проект, чтобы впоследствии извлекать увеличенную прибыль за счет спекуляций, когда рынок начнет испытывать естественный дефицит.

Успех всех видеоигровых проектов, основанных на технологиях блокчейна и NFT, зависит от трёх ключевых параметров.

• Прозрачность и стабильность. Игрокам внутри системы должны быть полностью доступны правила, в соответствии с которыми они могут производить NFT и выставлять их на торги во внутренней системе. Геймер должен понимать, что он покупает и продает и что именно обеспечивает индивидуальность объекта сделки. Токен должен гарантировать неотделимое право собственности на тот или иной внутриигровой предмет.
• Уникальность игровых активов. Будь то монстры, пушки, земля, домики или доспехи — все эти предметы должны обладать различимой и объяснимой индивидуальностью. Это оживляет потенциальную внутриигровую экономику стимулируя геймеров как прокачиваться самим, так и взаимодействовать друг с другом.
• Ограниченность внутриигровых ресурсов. Число уникальных токенов должно быть ограничено. По мере приближения к лимиту возможностей произвести нечто новое, ценность произведений игроков будет естественным образом возрастать.

Как вы могли заметить, все три правила прямо связаны с самой сутью криптовалют и невзаимозаменяемых токенов: они существуют в ограниченном количестве, их уникальность объясняется привязкой к конкретному уникальному реальному или виртуальному объекту, а правила их производства и порядок реализации понятны и доступны каждому геймеру.

Можно предположить, что недавние громкие провалы крупных разработчиков и издателей связаны именно со стремлением сжульничать — подсунуть геймерам тот же донат, только дороже. Честное создание рынка NFT внутри игры предусматривает проявление определенной силы воли со стороны разработчика: полный контроль над игровой экономикой заменится на своеобразный арбитраж, где модераторы должны будут пресекать действия недобросовестных геймеров, но не вмешиваться в сами экономические процессы.

В качестве заключения предлагаем пофантазировать, в каких уже существующих крупных играх при озвученных выше правилах система NFT и привязанная к ней внутриигровая экономика смотрелись бы органично и вывели концепцию play-to-earn на новый уровень.

Другие проблемы NFT

Minecraft

Бесконечный простор для созидания. На базе Minecraft строятся целые города и разбиваются парки, создаются новые монументы и реконструируются события из истории и произведений искусства. Игроки уже продавали результаты своих трудов в воксельной песочнице за реальные деньги, поэтому здесь привязка игры к блокчейн-технологии не произведёт революцию, но поможет даже начинающим игрокам зарабатывать.

Токен — это просто сертификат со ссылкой на ваше изображение, который продают за деньги

Художники Antsstyle и Erika-Xero отмечают, что сам по себе токен — оригинальный и невзаимозаменяемый, однако привязать его можно к любому файлу и сколько угодно раз. То же самое могут делать и злоумышленники, причём использовать картинки и видео, уже привязанные к другим токенам, никто не запрещает.

Например, если вы удалите свою работу или её удалит площадка из-за нарушения авторских прав, токен останется у владельца — и его можно будет использовать повторно (в нём просто останется соответствующая пометка). Если покупатель и художник не заключили стороннее соглашение о передаче авторских прав, то все права целиком остаются у автора работы, какую бы он цену не просил за NFT.

По сути токен — это оригинальная цифровая подпись (сертификат) со ссылкой, которая ведёт к jpeg-файлу (то есть файла в нём нет). NFT не даст скопировать блокчейн, в рамках которого тот работает, но вот копировать и перезаливать файл площадки не запрещают.

Кто сейчас покупает криптоискусство?

Прослойка людей, которым понятно, как и где нативно применить (читай — показать) цифровое искусство — очень узка. Это инноваторы по кривой распространения инноваций. Их мало. И даже их жизнь не настолько цифровая, чтобы их потребности лежали преимущественно в цифровом мире. Не говоря уже о следующих когортах под кривой.

Поэтому до недавнего времени с цифровым искусством приходилось применять всякие костыли, чтобы приносить его в физический мир, всякие цифровые рамки, специальные девайсы и т.д.

Эту проблема решится сама собой, когда мы массово придем в цифровые миры, где применять цифровое искусство понятно зачем и очень удобно.

Но когда это произойдет — конкуренция на рынке станет большой. Красный океан.

Если вы хотите поплавать в голубом, если вы хотите успешно продавать криптоискусство, нужно понимать потребности и интересы аудитории, которая его ценит уже сейчас.

Учиться

Главное в веб3 — учиться. На самом деле не только в веб3.

Развитие и прокачка себя — это ключ. Хочется написать к успеху. Напишу — к устойчивости перед быстро меняющимися обстоятельствами.

Когда меня спрашивают: “Хочу в NFT — с чего начать?”, я всегда отвечаю, что начинать нужно с изучения. Жадного, голодного, вдохновляющего изучения всего, что только попадется по теме. Когда я впервые узнал об NFT, я забросил все дела и две недели только изучал. Это дало возможность понять, какой сделать первый шаг. Дальше было много практики, но и во время самой активной практики нельзя забывать об учебе. Иначе вы рискуете делать одно и то же. В веб3 это смерти подобно.

Год назад по теме NFT было 4-5 статей на английском, один платный курс от какого-то индуса и техническая документация Opensea. Сейчас сотни статей и видео на youtube, где все разложено по полочкам.

Вам не нужны курсы от инфоцыган на тему “Как заработать на NFT”.

Вся правильная информация есть в открытом доступе.

NFT и вопросы права. Как создатели цифрового контента защищают NFT-произведения от мошенников и что мы на самом деле покупаем и продаём

Мы до сих пор не затрагивали одну из ключевых проблем всего онлайн-контента — банальный копипаст. Именно вопрос защиты прав в цифровом пространстве и регулирования всего рынка NFT и создаёт в глазах общественности представление о невзаимозаменямых жетонах как об очередном пузыре, который вот-вот лопнет. Однако сами же СМИ, раз за разом допуская одну и ту же ошибку, создают этот ажиотаж.

Возьмём в качестве примера историю с «покупкой» твита Джека Дорси. Дорси, как большой энтузиаст криптовалют и криптотематики, сделал NFT, привязав его к первой публикации в истории платформы. И продал именно токен, привязанный к твиту. Однако маховик СМИ было уже не остановить — печатные издания по всему миру в один голос провозгласили: Джек Дорси продал свой первый твит. И это было неправдой от первого до последнего слова.

Угля в разгоняющийся «хайптрейн» подкидывали всё новые и новые известия: NFT по мобильной гриндилке Axie Infinity ушёл с молотка за 1,5 миллиона долларов, Visa приобрела NFT по пиксельным CryptoPunks за 150 тысяч, а серый пиксельный квадрат был продан за 1,3 миллиона.

В действительности, как уже было сказано ранее, NFT — это лишь сертификат, подтверждающий некие права, связанные с объектом. В цепочке перепродаж цифрового произведения оригинал в абсолютном большинстве случаев задействован лишь один раз — когда токен непосредственно создаётся. Затем с каждой новой продажей создаётся локальная копия выставленного на торги объекта, и с каждым повторением его ценность неуклонно падает.

Как отмечает уже приведённый выше Андрес Гуадамуз, право трансфера интеллектуальной собственности всё же может быть привязано к продаже того или иного токена — этот параметр задаётся при его формировании. И в этом случае, приобретая цифровой жетон, вы действительно становитесь правообладателем того или иного контента.

Несмотря на то, что сам NFT как сборник метаданных о произведении выглядит достаточно примитивно, факт сделки между двумя верифицированными лицами с его помощью действительно может быть доказан в суде. Вот что по этому поводу говорит Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений 1886 года — основной документ в сфере интеллектуального права.

Поэтому вопрос встаёт только за легитимностью самой сделки. Как уже было сказано выше, факт транзакции и передачи токена одного лица другому фиксируется в смарт-контрактах, и подробнее вопрос об их правовом статусе в России и мире раскрыт здесь. В ряде стран смарт-контракты уже официально признаны и инкорпорированы в национальное законодательство.

Как правило жетоны с привязанными к ним цифровыми копиями произведений торгуются на специально созданных площадках-маркетплейсах. Подобные сообщества самостоятельно берут на себя защиту прав творцов. В качестве примера можно привести онлайн-платформу Foundation, которая осветила проблему защиты авторских прав своих пользователей во внутренних правилах.

Также в рамках отдельных платформ нередко используются автоматизированные алгоритмы определения нарушений авторских прав, что упрощает процесс вычисления преступников.

Что еще важно при выборе маркетплейса?

Площадки отличаются блокчейном, на котором работают, и способом оплаты: только в криптовалюте или также в обычной валюте. Основная часть маркетплейсов, в том числе такие крупные как Nifty Gateway, OpenSea, Rarible или SuperRare сейчас работают на Ethereum. Но другие варианты есть, например для тех, кому важны вопросы экологии.

Ведь особенность блокчейнов – высокие затраты электроэнергии и, соответственно, выбросы парниковых газов, при совершении сделки. Цифровой художник Memo Akten подсчитал, что одна NFT-транзакция на базе кошелька Etherium оставляет углеродный след в 48 кг CO2-эквивалента. Взрослое дерево поглощает вдвое меньше углекислого газа за год жизни. И пока Ethereum только работает над созданием алгоритма энергосбережения, можно выбрать «зеленые» альтернативы. Например, маркетплейсы на блокчейнах Polygon, Solana, и Tezos.

Во второй части изучим причины популярности и посмотрим, каких успехов на нем достигла Россия на рынке NFT-искусства.

NFT в России

Современный художник Покрас Лампас одним из первых разместил на NFT-площадках и продал несколько своих работ. Самая дорогая из них, в переводе на реальные деньги, стоила около 2 млн рублей. Его «Transition» была продана на площадке Foundation. Для этого дропа (сделать дроп, значит выставить работу на продажу. — Forbes) Лампас сначала написал работу на холсте, оцифровал ее, спроецировал на Чиркейскую ГЭС (крупнейшую гидроэлектростанцию на Северном Кавказе), а затем снова оцифровал. И только после этого, выложил на продажу за эфир, на производство которого тратится та самая электроэнергия, производимая на подобных ГЭС.

Но Покрас художник известный, и для него NFT — очередная ступенька в карьере, параллельно со многими другими, вроде росписи Lamborghini или мурала в родном Королеве. А молодой моушн-дизайнер Степа Brickspacer, номинант рейтинга Forbes «30 до 30 », c помощью NFT открыл для себя дверь в большую карьеру и продал уже несколько работ за десятки тысяч долларов. Его самые дорогие дропы — «Навальный» (продана за $10 000) и «NEXTA» (продана за $13 000). Brickspacer и до NFT был довольно успешным — работал с российскими и даже мировыми звездами и крупными брендами. Многие диджитал-художники из России называют его  первооткрывателем NFT на просторах СНГ. Brickspacer рассказывал про свои первые шаги в мире крипто-арта коллегам в Clubhouse, создал тематический канал в Telegram и NFT-агентство «ARKA» для продвижения художников.

Еще один российский NFT-пионер — Миша Most, стрит-арт художник, известный как в нашей стране, так и за ее пределами. Именно он расписал фасад металлургического завода в Выксе, создав крупнейший в мире мурал, нарисованный одним художником, — 10 800 квадратных метров.

Финансовый пузырь или светлое будущее: есть ли коммерческий потенциал у NFT-искусства

Pussy Riot тоже нашли свое место на российском NFT-небосклоне. Панк-рок-группа уже продала несколько работ, самая дорогая из которых обошлась покупателю в $224 000.

Рэпер Хаски такими суммами пока похвастаться не может. Он смог продать свою «Кашу из топора» за $4015. Купила «Кашу» Надежда Толоконникова из Pussy Riot. Это, кстати, распространенная практика в NFT-мире. Авторы активно поддерживают друг друга, делают первые ставки и даже покупают работы коллег по цеху. Brickspacer, например, признается, что неравнодушен к традиционной 2D-анимации и как только у него появятся лишние деньги он откроет «сезон коллекционирования» и сразу же купит работы за которыми следит, но пока не может себе этого позволить.

Россияне основали и одну из площадок по продаже NFT-арта — Rarible. Алексей Фалин и Александр Сальников создали бизнес с выручкой в миллионы долларов. Оба стартапера учились в Высшей школе экономики в Москве, но в разные годы и по разным специальностям. Сальников — выпускник факультета прикладной математики и информатики, Фалин — кафедры «Бизнес-информатика». В конце 2019 года они запустили маркетплейс цифрового искусства Rarible. Предприниматели потратили на запуск меньше $50 000 из личных сбережений. Компанию зарегистрировали в американском штате Делавэр. В январе 2021 года Rarible привлек $1,75 млн от нескольких фондов, сфокусированных на блокчейн-проектах. Компания зарабатывает на комиссии от сделок пользователей, которая была введена в сентябре 2020 года. С того момента до марта 2021 года Rarible, по собственным данным, получила $5,9 млн. Ежемесячно платформу посещают 460 000 уникальных пользователей.

Как обезопасить себя от кражи работ

Если вы выкладываете свои работы в интернет — обезопасить их от кражи крайне сложно. Злоумышленники, боты и нечестные продавцы могут в любой момент скопировать их и загрузить на любую из площадок без вашего ведома. Можно пожаловаться на кражу контента, заполнить форму и ждать вердикта администрации площадки, но это долгий процесс, который не всегда заканчивается в пользу художника.

• Ресурс NFTStreet советует не выкладывать исходники и загружать изображения в самом низком качестве из возможных, а также ставить на них водяные знаки. Даже если такой контент украдут и привяжут к нему токены, покупатели насторожатся, и скорее всего ничего не купят у злоумышленника.
• Попытайтесь зарегистрировать авторские права на свои работы и расскажите об этом в соцсетях.
• Вы можете обезопасить себя от кражи NFT-токенов из вашего электронного кошелька на Rarible, OpenSea или Nifty Gateway. При регистрации аккаунта система просит ввести вас фразу из 12-ти слов. Никому её не сообщайте.
• Обращайте внимание, когда ищете площадки в поисковике. Есть сайты-зеркала, которые мошенники создают, чтобы узнать ваш пароль. На вид они выглядят так же, как и оригинальные OpenSea или Rarible, но в адресной строке всегда есть лишние буквы или символы.
• Не используйте кодовую фразу на других сайтах и не сообщайте даже тогда, когда у вас её просят специалисты из центра поддержки одной из площадок.
• Будьте ближе к своей аудитории в соцсетях. Наблюдательные поклонники вашего творчества могут сообщить о размещении украденного арта в NFT-маркетах.
• Сохраняйте на оффлайн-носителе оригинальные файлы с исходниками вашего арта. Не заливайте исходники в сеть.
• Во время работы оставляйте промежуточные варианты вашего арта с датами, чтобы потом использовать файлы как доказательство.
• Закройте все свои заброшенные аккаунты (или скройте в них все работы), чтобы мошенники не смогли вытащить из них контент и выдать за свой.
• Если у вас есть Твиттер, нужно забанить аккаунт бота @tokenizedtweets и другие подобные аккаунты. Поискать их можно по тегу #NFTBlocklist.
• Если вы все же нашли свои работы на одной из площадок — пишите жалобы в поддержку. Это лучше, чем не делать ничего.

Если вы знаете другие способы, которые помогут художникам предотвратить кражу работ или добиться справедливости, — пожалуйста, поделитесь в комментариях.

Текст написал Владимир Шумилов, автор в Smirnov School. Мы готовим концепт-художников, левел-артистов и 3D-моделеров для игр и анимации. Если придёте к нам на курс, не забудьте спросить о скидке для читателей с DTF.

NFT как отмывание денег

По мнению художника Antsstyle, сейчас всё чаще NFT используют скупщики и арт-дилеры для отмывания денег. Рынок токенов он сравнивает с «Диким Западом» из-за отсутствия регулировки и правовых норм. Дело в том, что все сделки с NFT, даже на очень крупные суммы, сейчас не облагаются налогами, из-за чего предприниматели и злоумышленники используют систему как средство для перевода денег с кошелька на кошелёк без комиссии и вычетов. Любой пользователь может создать простое изображение (или взять уже существующее) и привязать к нему токен с ценником в 100 тысяч долларов, после чего продать его своему деловому партнёру или перевести на свой же аккаунт с другим адресом.

Например, уже упомянутый художник Beeple после сделки на 69 млн долларов запустил ещё один аукцион с новой работой. По мнению Antsstyle, эта продажа оказалась обычным переводом. Работу купил бизнес-партнёр художника, который хотел «освоить» накопившуюся криптовалюту и перевести её в другой актив, пока не упал курс.

Бывший директор рыночных исследований блокчейн-консорциума R3 Тим Суонсон считает, что «невзаимозаменяемые токены уже используются не только для отмывания преступных доходов, но и для уклонения от уплаты налогов». Он утверждает, что счёт с налоговыми обязательствами покупает токен у неизвестного аккаунта, а затем перепродает третьему лицу по более низкой цене, получая убыток, который компенсирует вышеупомянутые налоговые обязательства. То есть по записям получается, что он не зарабатывает, но на деле осваивает нужные средства.

Подробнее про отмывание денег через NFT можно почитать тут.

Будущее NFT

Токены могут навсегда изменить систему, по которой работают авторские права на цифровой контент, и защитить крипто-картины и видео от незаконного копирования. Также NFT сильно облегчит тяготы с авторскими правами для музыкантов и позволит стриминговым сервисам быстрее лицензировать фильмы и сериалы.

В целом операции с NFT-токенами проходят гораздо быстрее, чем операции с физическими предметами, что тоже положительно сказывается на процессе реализации. Пользователям будет проще поддерживать любимых авторов, не прибегая к использованию сторонних ресурсов и систем. При этом они получат эксклюзивные права на владение купленным крипто-артом.

Искусство — это продукт

Искусство — это не Святой Грааль и не 100 баксов — не то, что понравится всем и каждому. У каждого искусства есть своя аудитория, даже если вам эта мысль претит.

Если вы не знаете ответа на вопрос “Кто ваша аудитория?”, вам будет сложнее продаваться.

Если у вас есть возможность и мотивация делать просто потому, что не можете не делать — вам сильно повезло. Это принесет успех, если вы будете делать это достаточно долго. Посмотрите на Beeple. Он 13 лет рисовал и никак не монетизировал свои картинки. А потом к нему пришел успех. Сonsistency pays off.

В остальных случаях, вам будет нелегко. Если вы хотите жить творчеством и жить неплохо, если вы хотите снять сливки с текущей ситуации на рынке криптоарта, то придется относиться к своему творчеству, как к продукту.

Нужно понять предпочтения и потребности ваших потенциальных покупателей. А для этого было бы неплохо выяснить — кто они, что они покупают и зачем?

Коллабы

Коллабы — это всегда про что-то большее, чем только ваши мысли и только ваше творчество.

Может показаться, что в NFT все зависит от того, сколько у автора фолловеров в твиттере. Да, это очень важно. Но это все еще не красный океан. Места для новых игроков еще очень и очень много. Главный вопрос — что этот новый игрок делает для NFT — пришел он взять, или сделать вклад.

Цельтесь в сложное и нужное. Даже если кажется, что это нереально. То, что вы никогда не сделаете в одиночку, сделаете с близкими по духу творцами.

К тому же, любая коллаба — более значительный инфоповод, чем сольная работа.

Можно вписываться в существующие групповые проекты, а можно попробовать начать свой.

Где искать единомышленников:

• В чате канала NFT Bastards
• В комментариях у меня в ТГ канале
• Чаты почти любых каналов по крипте. Даже если там в основном про defi, к примеру, то за поиск партнерств не забанят
• Твиты, спейсы, клабхаусы криптоарт инфлюенсеров
• Дискорды любых нфт коллекций, близких вам по духу. Коллаб-чат в таких бывает почти всегда

Если у вас лежит душа к общению и совместному творчеству, коллабы — это отличный способ сделать большой, важный проект — и получить соответствующее внимание.

Художникам иногда приходится идти на крайние меры и закрывать свои галереи

«К сожалению, я вынужден полностью закрыть свою галерею на DeviantArt» — такое сообщение опубликовал комиксист Лиам Шарп, рисовавший серии Green Lantern и Wonder Woman для DC. Его работы украли со странички на DA (художник пользовался площадкой 14 лет) и выставили на продажу в виде NFT-коллекции.

Шарп жаловался администрации OpenSea и требовал удалить со страниц магазина свои работы, однако, по словам художника, «его неоднократно проигнорировали».

В свете событий администрация DevianArt ввела систему DeviantArt Protect, которая призвана обезопасить художников от кражи работ. Однако система не защищает арт напрямую, а лишь отслеживает случаи, когда его заливают на NFT-площадки без разрешения, после чего присылает художникам уведомления. Дальше они должны слать жалобы на контент и разбираться самостоятельно. Систему разрабатывали в сотрудничестве с площадкой OpenSea.

От действий злоумышленников в том числе пострадали художники Loish, Nesskain, Андре Риос, концепт-художник «Детектива Пикачу» Р. Дж. Палмер и русская художница Ольга Ануфриева, работы которой на NFT-сервисах заметили подписчики.

Как художнику себя обезопасить

Многие авторы до сих пор борются с мошенниками, доказывают подлинность своих работ и засыпают площадки вроде OpenSea просьбами удалить залитый без их ведома крипто-арт. Чтобы обезопасить себя от подобного, нужно помнить несколько простых правил.

• Сохранять на оффлайн-носителе оригинальный файл .psd (или любой другой) с исходником вашего арта.
• Не заливать исходные файлы в сеть. Возможность продемонстрировать процесс вашей работы — самое главное доказательство авторства.
• Размещать большие вотермарки на арте в публичном доступе. Так мошенникам будет труднее украсть и продать вашу работу.
• Закрыть все свои заброшенные аккаунты (или скрыть в них все работы), чтобы мошенники не смогли вытащить из них контент и выдать его за свой.
• Если у вас есть Твиттер, нужно забанить аккаунт бота @tokenizedtweets и ему подобных. Если бот уже привязал токен к вашему арту, оспорить авторство можно на сайте tokenizedtweets.com.
• Пользователи Твиттера давно составляют списки подобных ботов и энтузиастов-мошенников. Ознакомиться можно вот тут.

Текст написал Владимир Шумилов, автор в Smirnov School. Мы готовим концепт-художников, левелартистов и 3D-моделеров для игр и анимации. Если придёте к нам на курс, не забудьте спросить о скидке для читателей с DTF.

Пять самых дорогих цифровых объектов на рынке NFT

Свергнутый Трамп и панки-инопланетяне: пять самых дорогих цифровых объектов на рынке NFT

Типы участников рынка

Наши интервью с художниками и энтузиастами NFT показывают, что сообщество NFT часто распределяет своих членов на четыре роли: коллекционеры, создатели (художники и разработчики), инвесторы и флипперы.

Конечно, эта таксономия является нечеткой. Отдельный человек или организация могут занимать более одной из этих ролей и могут переходить от одной роли к другой или между ними с течением времени. Действительно, мотивация покупателя при приобретении NFT может быть многогранной. Тем не менее, мы считаем, что эти категории дают достаточно точное представление о том, как само сообщество воспринимает своих членов.

• Коллекционеры — люди, которые систематически собирают NFT
• Инвесторы — люди, которые покупают для долгосрочного повышения цены NFT
• Флипперы — люди, которые покупают для получения краткосрочной торговой прибыли
• Художники и разработчики — создатели

Термин «коллекционер» в мире традиционного искусства часто относится к человеку, который приобретает искусство в качестве ценителя. Некоторые покупатели NFT имеют схожие мотивы. Например, DCInvestor и Punk 6529 публично заявили, что собирают ранние произведения цифрового искусства, созданные на блокчейне, ради сохранения их для будущих поколений, например, в виртуальном музее, доступном для посещения широкой публикой в Интернете. Действительно, как знаменитости, так и состоятельные люди, не имеющие отношения к криптовалютам или технологиям блокчейн, стали коллекционерами ценных NFT.

Творцы (художники и разработчики)

Художники и разработчики смарт-контрактов создают искусство и инфраструктуру, которые поддерживают экосистему NFT. Многие из них приобретают NFT, нередко в качестве подарков от друзей или коллег-художников. Таким образом, они представляют собой особый класс коллекционеров и ценителей вкуса. Хотя есть примеры известных художников, которые были или являются коллекционерами (например, Дэмиен Херст), легкость, с которой могут быть установлены отношения и переданы NFT, сделала взаимодействие между творцами особенно оживленным в сообществе NFT. Например, творцы объединяются для проведения цифровых мероприятий. Творцы в традиционном мире искусства также проводят совместные мероприятия, но скорость и георазнообразие интернет-культуры означает, что художники могут проводить цифровые мероприятия чаще и проще, чем мероприятия в галерее. Например, выдающийся криптохудожник Фарох проводит еженедельные подкасты с другими NFT-художниками, которые доступны всем, у кого есть подключение к Интернету, в отличие от эксклюзивных мероприятий, проводимых традиционными галереями в физическом мире. Другой известный NFT-художник, FVCKRender, хорошо известен в сообществе как заядлый коллекционер, а также как художник. Например, его профиль на OpenSea показывает, что он владеет более 1500 NFT, созданных другими художниками.

Другая категория покупателей NFT — это те, кто стремится получить прибыль в долгосрочной перспективе, основываясь на проницательном предвидении развивающихся вкусов сообщества NFT и динамики рынка. Некоторые из этих инвесторов, как частные лица, так и институциональные инвесторы, напоминают инвесторов на традиционных рынках искусства.

Смарт-контракты, однако, также привели к появлению NFT-инвесторов, для которых аналоги в традиционном мире искусства редки или вовсе отсутствуют. Например, многие NFT-инвесторы вкладывают средства в дробное владение или акции дорогостоящих произведений искусства, что является относительно непопулярной практикой на традиционных рынках искусства. Например, сайт fractional.art позволяет любому владельцу фракционировать свой NFT в хранилище смарт-контрактов, которое выпускает частичные акции NFT, которые затем можно обменивать и продавать. Такая практика позволяет инвесторам получить доступ к NFT, которыми они не могут позволить себе владеть в полном объеме.

Некоторые инвесторы вкладывают средства в NFT посредством децентрализованных автономных организаций (DAO) — смарт-контрактов, которые реализуют институциональные инвестиции с правилами управления, навязанными кодом. Например, члены SharkDAO используют DAO для дробления Nouns, дорогой разновидности NFT. Существует множество подобных ДАО для других дорогих NFT, например, CryptoPunks, Bored Apes и т.д.

Последняя категория участников экосистемы NFT — это флипперы: особый класс инвесторов, которые держат NFT в течение очень короткого периода времени. На традиционных рынках произведений искусства флиппинг не одобряется и не поощряется. Однако на рынках NFT это обычная практика (хотя ее можно предотвратить и иногда предотвращают, устанавливая в смарт-контрактах минимальные сроки хранения NFT). Многие флипперы NFT демонстрируют поведение, подобное поведению арбитражеров на традиционных финансовых рынках: Они используют технически сложные стратегии для использования арбитражных возможностей между различными рыночными платформами, получают приоритетный доступ к NFT перед широкой публикой, чтобы продать их по более высокой цене (frontrunning) и т.д. Действительно, некоторые известные арбитражеры, такие как MEVCollector и SneakyNinjaPants, публично обсуждают и арбитражируют как криптовалютные, так и NFT сделки в поисках прибыли.

В следующей статье мы разберёмся с категориями NFT, местами взаимодействия участников рынка, поговорим про будущее NFT для предметов искусства и коллекционирования и технологии, включая динамические NFT (dNFT).

Телеграм канал про web3 разработку, смарт-контракты и оракулы.

Структура и функционирование рынков искусства

Искусство — это квинтэссенция символического блага. Без интерпретационной ценности, которой нагружено искусство, это просто краска на холсте. Тем не менее, символическая ценность искусства выражается в иногда астрономических цифрах в реальных деньгах, и в процесс перевода, за который краска на холсте или чучело акулы в формальдегиде становится «ценным» искусством, вовлечен целый ряд участников рынка.

Производство, оценка и потребление современного искусства определяются культурными и экономическими силами, которые действуют на первичном и вторичном рынках. Художники добиваются внимания арт-дилеров, которые, наряду с аукционными домами, играют большую роль в определении того, что является и не является инновационным и важным, а значит, ценным на рынке. Музеи, коллекционеры и критики также играют значительную роль в формировании общественного восприятия и оценки произведений искусства, а вспомогательные поставщики услуг, такие как консультанты, страховщики, фирмы по управлению частным капиталом и финансовыми услугами, поддерживают работу рынка.

Структура рынка современного искусства

Художники, фирмы, критики, сторонние учреждения и покупатели составляют первичный и вторичный рынки современного искусства. На первичном рынке художники продают свои работы дилерам/галеристам, которые продают искусство покупателям, которыми могут быть индивидуальные коллекционеры, музеи, другие дилеры или аукционные дома. На вторичном рынке эти произведения могут снова сменить владельца. Рынок искусства, несмотря на свою сложность, со временем превратился в особую структуру, которая создает и укрепляет эстетическую, культурную и экономическую ценность искусства на рынке, а также в обществе в целом. Социально-экономические, художественные и, особенно, технологические изменения и разработки постоянно бросают вызов этой структуре, одновременно порождая новые возможности.

Художники и их творения являются отправной точкой первичного рынка искусства. Сочетание навыков, оригинальных идей, а также навыков маркетинга и налаживания связей приводит к художественному успеху. Художники ищут представительства у дилеров, которые могут обеспечить им вход в мир искусства, создать их репутацию, дать их работам известность и в конечном итоге поместить их работы в коллекции важных коллекционеров. Художники могут либо продавать работы напрямую, либо передавать их галеристам или дилерам.

Галеристы (это название они предпочитают слову «дилер») обычно являются первой точкой контакта потребителей с искусством и художниками. Галеристы выполняют множество функций, включая, но не ограничиваясь: продажу произведений искусства (как в своих галереях, так и на арт-ярмарках), маркетинг художников, которых они представляют, организуя выставки, которые обычно сопровождаются общественными мероприятиями, такими как вечеринки, интерпретация и объяснение произведений искусства потребителям, продвижение художников и их искусства в публикациях мира искусства, а иногда предоставление произведений искусства во временное пользование другим учреждениям для укрепления репутации художников. Галереи — рискованные предприятия; те, кто преуспел в налаживании отношений с преданными коллекционерами, получают преимущество, но даже успешные галереи, как известно, поддаются конкурентному давлению. Галереи могут иметь стабильный круг художников и организовывать выставки одного художника примерно раз в 18 месяцев для каждого художника (в зависимости от темпов, в которых художник может работать), и/или они покупают работы у художников «a la carte».

Как только галеристы определяют художников, которых они хотят представлять, они договариваются об условиях своих отношений, обычно отказываясь от официальных контрактов из-за невозможности их принудительного исполнения. Таким образом, дилеры и художники связаны в основном моральными обязательствами: дилер соглашается продвигать художника в обмен на право эксклюзивного представительства и долю от продаж. По таким соглашениям о разделе доходов, художники получают деньги только тогда, когда работа продана, и поэтому имеют мало влияния на свои доходы — 50-процентная доля галериста является вполне стандартной. Дилеры часто выступают в роли «финансиста, агента, советника и друга» для своих художников. Часто дилеры работают на вторичном рынке, чтобы дополнить свою деятельность на первичном рынке.

Аукционные дома: Sotheby’s и Christie’s, основанные в 18 веке, также являются двумя крупнейшими аукционными домами в 21 веке с мощной узнаваемостью бренда. Эти два дома проводят аукционы современного искусства по вечерам подряд — кульминация в мире искусства, событие, привлекающее покупателей со всего мира.

Аукционные дома должны создавать ауру престижа и эксклюзивности, чтобы добиться успеха; покупки на аукционах стоят дорого, но коллекционеры остаются верными, потому что работа от известного дома дает определенный статус и престиж. Аукционные дома, которые традиционно работали только на вторичном рынке, в первом десятилетии 21 века вышли на первичный рынок, бросив вызов рыночной позиции галерей/дилеров.

Покупатели (коллекционеры и инвесторы в искусство)

Коллекционеры искусства варьируются от просто любителей искусства до серьезных инвесторов, причем наиболее серьезные и дорогостоящие коллекционеры представляют собой небольшую и эксклюзивную группу. Богатые коллекционеры часто пользуются услугами профессиональных консультантов по искусству и могут влиять на воспринимаемую эстетическую и экономическую ценность произведений, поскольку провенанс (цепочка владения) играет важную роль в оценке произведений современного искусства; принадлежность к коллекциям людей, известных своей проницательностью, может повысить ценность имени и работ художника. Сегодня, с начала 21 века, коллекционирование произведений искусства — это глобальное явление; коллекционеры представляют все большее число стран, включая развивающиеся регионы, по всему миру.

Однако с развитием рынка современного искусства к людям, покупающим искусство ради искусства, присоединились люди с менталитетом инвестора, приобретающие произведения искусства с намерением перепродать их по более высокой цене. Однако галеристы якобы не одобряют таких «перекупщиков» и их негативное влияние на нормальное функционирование рынка искусства, и вряд ли будут продавать работы известных художников лицам, которые, как считается, заинтересованы только в покупке работ в качестве инвестиций или для их перепродажи. Поэтому галеристы, как правило, продают значимые произведения в основном хорошо знакомым им людям, которые, как известно, являются «серьезными» коллекционерами, и эта практика привела к убеждению, что первичный рынок — это маленький, клубный, закрытый мир, не открытый для начинающих коллекционеров.

Инвестиционные фонды искусства, которые впервые появились в середине-конце 20 века, не были однозначно успешными, предположительно потому, что рассредоточенность художественной экономики и неденежные мотивы художников, а также в значительной степени символическая ценность искусства затрудняют получение стабильной прибыли при инвестировании в искусство.

известно и ожидается, что музеи работают вне рынка искусства, информируя и просвещая потребителей искусства посредством выставок своих высококачественных коллекций, курируемых экспертным персоналом. Музеи влияют на то, какое искусство увидят критики и публика, и, таким образом, могут способствовать построению карьеры художников. Тем не менее, влияние музеев на сделки и цены в мире искусства является косвенным и его трудно определить именно потому, что они находятся «вне» рынка. Однако их покупки часто носят постоянный характер, поэтому включение даже одной работы в коллекцию музея часто приносит пользу художнику, повышая его/ее общественный престиж и добавляя респектабельное происхождение его/ее работам.

Художник-коллекционер

В России одним из первых на NFT-площадки вышел 3D-художник из Москвы R66 (его настоящее имя — Никита Реплянский). В портфолио R66 игры Kinect Adventures! и Borderlands 2, а также коллаборации с Adidas, Третьяковской галереей и рок-группой Bring Me the Horizon. Кроме того, художник создает физические объекты — например, весной 2017-го R66 и российский производитель протезов «Моторика» представили два протеза для взрослых на российской неделе моды Mercedes-Benz Fashion Week Russia.

Об NFT Никита узнал в 2020 году от близкого друга, который увлекался торговлей криптовалютами. В мае Реплянский выставил первую работу на площадке SuperRare и продал ее за 3,5 ETH ($1231). Сейчас, помимо SuperRare, Никита выставляется на площадке Async.art: там он выгодно продал работу Crypto Gothic, которая отсылает зрителей к 2030 году, когда, по словам художника, окончательно сотрутся границы между физическим и цифровым мирами. Аукцион проходил с 16 по 20 февраля, работа ушла за 6,1 ETH ($12 900 по курсу на конец февраля).

Революция среднего класса: как поколение 30-летних меняет арт-рынок

Реплянский утверждает, что у него нет цели стабильно зарабатывать на криптоискусстве. В то же время он рассчитывает ежемесячно увеличивать доход, создавая «прорывные вещи». Хотя до бума NFT художник зарабатывал меньше, по его словам, он и тогда не испытывал финансовых трудностей.

Другая его цель — помочь развитию комьюнити. Выйдя на рынок NFT, художник сам стал покупать и коллекционировать дропы: по его словам, он потратил на это уже несколько тысяч долларов. Реплянский первым сделал ставку на лот российского художника Покраса Лампаса — автора направления «каллиграфутуризм». В марте 2021 года Лампас выпустил свой первый дроп на площадке Foundation. На выставленном фото масштабное полотно с каллиграфией художника проецируется на Чиркейскую ГЭС в Дагестане. 12 марта работу купили за $29 000.

Низкий заработок для новичков и однотипные работы низкого качества

Заработать довольно большие суммы на NFT сейчас могут лишь популярные художники «с именем». Пользователи покупают их токены в первую очередь из-за известности и только потом — из-за художественной ценности.

Арт-директор NVIDIA Гавриил Климов (Hexeract) поделился мнением в интервью изданию 80.lv, что «большинство NFT-продуктов на рынке создают любители, и в целом качество просто не дотягивает до работ, которые могут делать профессионалы и работники больших студий». К тому же, на NFT-площадках многие авторы работают на количество, выставляя коллекции, состоящие из 2-х и более тысяч изображений с минимальными различиями.

Но даже повторяющиеся работы низкого качества продолжают покупать. Дело в том, что NFT-изображения часто представляют как редкий и дефицитный товар, единственной копией которого будет владеть только покупатель (на самом деле автор изображения может продавать его сколько угодно раз и создавать сколько угодно токенов).

Работы новичков, из-за отсутствия известности, не пользуются большим спросом, и часто молодым художникам приходится продавать контент с ценником в 3-5 долларов. Ради раскрутки работ молодые художники активно сотрудничают с другими художниками, чуть более известными, рассказывают о своих работах в соцсетях и даже создают цепочки продаж токенов, передавая работы своим знакомым и друзьям «из рук в руки» (так искусственно повышается стоимость токена).

Erika-Xero считает, что «всё чаще мотивация коллекционеров и покупателей — не любовь к искусству, а перспектива продать токен по более высокой цене».

Расширенные инструменты NFT

В своей самой простой форме NFT представляют собой цифровые объекты, которые указывают на контент вне блокчейн (или, в качестве альтернативы, могут содержать контент). Чтобы обеспечить надежную куплю-продажу NFT и расширенные возможности, такие как автоматически начисляемые роялти, NFT должны управляться смарт-контрактами, о чем вкратце упоминалось выше. В этом подразделе мы дадим более подробную информацию о смарт-контрактах. Мы также обсудим концепцию децентрализованной идентификации — средства создания учетных данных с сохранением конфиденциальности, то есть цифровых представлений личности и характеристик человека.

На блокчейне можно размещать не только транзакции, но и небольшие программные приложения, называемые смарт-контрактами.

Умные контракты могут выполнять транзакции, которые делают больше, чем просто перемещение денег. Они наследуют основные свойства блокчейн (неизменяемость и читаемость в открытом доступе). Вследствие этого они обеспечивают прозрачность, то есть любой может прочитать их код, и целостность, то есть они выполняются точно в соответствии с программой и не могут быть изменены постфактум даже их создателями. В целом, таким образом, смарт-контракт может имитировать доверенную третью сторону, посредника, который честно выполняет финансовые операции и может служить надежным посредником между людьми, не имеющими заранее установленных отношений или причин доверять друг другу.

В качестве простого примера предположим, что Боб хочет продать NFT Кэрол за $7. Без смарт-контракта они окажутся в затруднительном положении. Кто первым передаст свой актив другому?

На рисунке транзакции m2 и m3 вместе осуществляют такой обмен цифровыми активами. В этом примере Кэрол действует первой: она отправляет Бобу 7 долларов до получения NFT. Боб мог бы обмануть Кэрол, не отправив ей NFT, т.е. не выполнив транзакцию m3. Конечно, если бы Боб отправил NFT до получения денег Кэрол, Кэрол могла бы обмануть Боба, не заплатив. Эта проблема обмена товарами таким образом, чтобы ни одна из сторон не могла обмануть, известна как проблема справедливого обмена.

Простым решением является обращение к доверенной третьей стороне. Например, если Боб и Кэрол доверяют Трейси, они могут отправить ей свои активы (NFT и $7, соответственно) и попросить ее произвести обмен. Однако Трейси может взимать большую плату за эту услугу, или ее сервис обмена NFT может не работать, или Боб и Кэрол могут находиться в разных юрисдикциях, так что у одного из них нет надежной юридической защиты, полагаясь на Трейси. Блокчейн предназначен для облегчения коммерции путем устранения доверенных третьих сторон.

Вместо того чтобы полагаться на Трейси, Боб и Кэрол могли бы использовать «умный» контракт для имитации честного исполнения Трейси их обмена. Умный контракт, запрограммированный на честный обмен, может, например, принять от Боба NFT с объявленной ценой продажи ($7). Затем контракт примет 7 долларов от покупателя, например, Кэрол, и, получив деньги, отправит ей NFT.

Прозрачность смарт-контракта гарантирует, что и Боб, и Кэрол понимают, какое именно действие запрограммировано для выполнения контракта (в данном случае — справедливый обмен). Целостность смарт-контракта гарантирует, что он выполняет это действие и не может быть подменен Бобом, Кэрол, программистом смарт-контракта или кем-либо еще.

Разумеется, смарт-контракты могут быть запрограммированы и на выполнение более сложных действий. Сегодня на ряде различных блокчейнов они управляют рыночными площадками NFT, азартными играми, финансовыми инструментами и многими другими услугами — и все это с доверием (виртуальным) доверенной третьей стороны.

Более того, используя системы, называемые оракулами, смарт-контракты могут получать доступ к надежной, актуальной информации с интернет-серверов. В качестве простого примера, если Боб хочет продать свой NFT за 7 долларов, номинированных в Ether (ETH), оракул может получить текущую цену ETH в долларах США, чтобы определить, сколько ETH должен заплатить Кэрол.

Еще один продвинутый инструмент, который блокчейн и особенно смарт-контракты могут сделать доступным — это децентрализованная идентификация (DID). Децентрализованная идентификация в широком смысле относится к идее контроля пользователями своих собственных учетных данных на основе блокчейна, то есть подтверждений личных характеристик. Учетные данные могут подтверждать, что пользователь получил научную степень, проживает в определенной стране, достиг совершеннолетия (например, старше 18 лет) и, следовательно, имеет право подписывать юридические контракты, приобрел в Интернете произведения искусства на определенную сумму и т. д. Учетные данные могут быть созданы без явной связи с реальной личностью пользователя и, таким образом, могут быть использованы в системах блокчейн для обеспечения конфиденциальности.

Один из подходов к созданию DID-учетных данных заключается в том, что авторитетные эмитенты генерируют их от имени пользователей. Например, Департамент автотранспорта может выдавать учетные данные по совершеннолетию. В качестве альтернативы, последние достижения в технологии оракулов позволяют использовать данные на существующих веб-сайтах без каких-либо модификаций для создания учетных данных DID.

Также можно построить системы DID, которые создают уникальные учетные данные для каждого пользователя (или близки к этому). Например, система DID, позволяющая выдавать только одно удостоверение для каждого национального идентификатора (например, номера социального страхования в США) может обеспечить достижение этой цели.

Учетные данные DID могут быть использованы различными способами для обогащения и обеспечения безопасности систем NFT.