NFT, или невзаимозаменяемый токен — криптотехнология, которую можно использовать для продажи чего угодно, в том числе и искусства. Она позволяет подтвердить подлинность конкретного цифрового файла, что ранее было невозможно. Главной причиной актуальности NFT сегодня является пандемия – она побудила художников искать формы выражения, отличные от аналоговых, что привело к увеличению интереса к цифровому искусству, с которым NFT тесно ассоциируется.
В книге собраны статьи ведущих профессионалов в области цифрового искусства и специалистов по криптотехнологиям.
Среди авторов текстов – известные кураторы, критики, искусствоведы и художники Борис Гройс, Дмитрий Озерков, Кристина Штейнбрехер, Саманта Калп, Грегори Шолетт, Петра Кортрайт, Анастасия Гарнова и другие.
В книге собраны статьи ведущих профессионалов в области цифрового искусства и специалистов по криптотехнологиям.
За помощь в издании книги благодарим Зою Галееву, сооснователя masters digital.
NFT или невзаимозаменяемый токен — криптотехнология, которую можно использовать для продажи чего угодно, в том числе и искусства. Многие художники стали ей пользоваться во время пандемии, когда все рабочие процессы перешли в интернет. По данным сайта CryptoArt, к середине февраля стоимость всех проданных произведений искусства с помощью NFT составила сто миллионов долларов, и сейчас этот новый вид криптоактивов становится еще популярнее.
На лекции искусствовед и заведующий Отделом современного искусства Государственного Эрмитажа Дмитрий Озерков подробнее расскажет о NFT-технологии, как и на каких площадках покупать искусство за токены, к чему приведет активная цифровизация искусства и какие криптоарт-произведения уже проданы за большие деньги, помимо работы Майка Винкельмана, которую приобрели за 69 000 000 долларов на аукционе Christie’s.Место: Школа Masters, Итальянская, 17, Санкт-Петербург
О NFT в искусстве говорят все чаще — и все чаще открытые новому коллекционеры готовы вкладываться в технологии. Тот же Эрмитаж в прошлом году устроил через криптовалютную биржу аукцион NFT-токенов пяти картин из коллекции музея. С молотка ушли копии работ да Винчи, Ван Гога, Моне, Кандинского, Джорджоне. Для тех, кто все еще не понимает, о чем речь, или по каким-то причинам опасается подобных инвестиций, главный человек по совриску в Санкт-Петербурге Дмитрий Озерков провел лекцию про NFT специально для членов и друзей Fragment art club. Как блокчейн-технологии изменили арт-рынок, какие перспективы они открывают — ответы на все главные вопросы были разложены с экспертной точностью. Бонус — явки и пароли, на каких художников самое время обратить внимание. Человек-мотор Ян Яновский, тонко чувствующий тренды, ловил каждое слово и ушел с книгой, подписанной лично Озерковым, — добирать знания. «Взрыв мозга», — написала в сторис впечатленная Екатерина Вольская. Организатор этой интеллектуальной феерии Ирина Вольская не без гордости репостила отзывы гостей.
Борис Белоцерковский, Гор Нахапетян и другие гости лекции Дмитрия Озеркова
Петербуржец объяснил москвичам значимость NFT
Fragment Art Club организовал для своих членов и друзей лекцию заведующего отделом современного искусства «Эрмитажа» Дмитрия Озеркова. Искусствовед рассказывал о специфике цифрового арта: как блокчейн-технологии изменили художественный рынок, а также какие перспективы открывает NFT для художников и коллекционеров. Отдельный блок встречи был посвящен самым громким продажам диджитал-арта за последний год, коллекционированию и трендам токенов: почему собирать криптоискусство нужно уже сейчас и на каких авторов следует обратить внимание.
Мероприятие, прошедшее при поддержке «Ultima Яндекс Go», посетили Ирина Вольская, Сергей Гущин, Марина Долидзе, Валерия Гордюшева, Полина Бондарева, Борис Белоцерковский, Ян Яновский и Елена Фейгин, Гор Нахапетян, Евгения Линович, Екатерина Мцитуридзе, Анна Андронова, Александра Лекомцева, Мария Китаева, Юрате Гураускайте, Юлия Чернова, Николай Палажченко и многие другие.
15 декабря в особняке Путилова прошла лекция искусствоведа Дмитрия Озеркова. Для друзей и партнеров Business FM Петербург лектор эксклюзивно подискутировал на тему будущего NFT-искусства.
Артем Гудченко, Анна Трубицына
Дмитрий Озерков, Александра Русакова
Светлана Кравцова, Ирина Гирдина
Арина и Сергей Осетровы
Лекция искусствоведа Дмитрия Озеркова для друзей и партнёров Business FM Петербург состоялась в рамках серии закрытых мероприятий, которые организует радиостанция. Мнения гостей о современном цифровом искусстве разделились: одни считают, что синергия технологий и искусства дает феноменальные результаты, другие видят во всем этом лишь рыночную составляющую.
Артем Гудченко, Александра Русакова, Тамара Баева
Александр Романенко, Виктория Шамликашвили
Елена Сопина, Любовь Лесник
Полина Бондарева, Тамара Баева, Александра Русакова
Кирилл Соловейчик, Максим Морозов, Николай Шкилев
Тамара Баева, Марина Касумова
Наталья Осетрова, Анна Каменева
Светлана Кравцова, Тамара Баева
Наталья Осетрова, Светлана Заводчикова
Полина Бондарева, Валерий Пустарнаков, Тамара Баева
Светлана Кравцова, Сергей Федоров, Тамара Баева
Леонид Плахов, Михаил Куркчи
Blazar. Дискуссия с молодыми художниками об NFT искусстве
инна баженова – издатель the art newspaper russia, соучредитель платформы the art exchange, соучредитель russian art focus – онлайн журнала о современном искусстве.полина бондарева – основатель образовательного проекта masters и nft-платформы masters digitalольга дворецкая – продюсер, основатель первой в россии выставки цифрового искусства disartiveалександр астерр (asterrvn) – молодой crypto-digital художник из сибири. создавал обложки для музыкальных релизов anacondaz, roux, ram, sted.d, s3xtape, sqwoz bab, лигалайз, карандаш, zippo и ильи найшуллера с группой biting elbows. в коллаборации с chatex участвовал в проекте chatex robots. диджитал-работы находятся в частных коллекциях по всему миру – от сша до оаэданиил зуев (darkzuu) – молодой цифровой художник из санкт-петербурга, дизайнер и студент университета итмо. автор серии цифровых работ о детях с ментальными расстройствами, а также работ, созданных с помощью подключенного к сердце аппарата экг и генеративной графикироман бобков – молодой цифровой художник новой волны, участник первой в россии выставки nft-арта disartive 2021. создавал визуализации и моушн дизайн biocad, vezu и балтика. изучает способы создания цифровых организмов, работая на стыке программирования, математики и биологиидмитрий озерков, куратор nft-платформы masters digital, искусствовед, заведующий отделом современного искусства государственного эрмитажазапись дискуссии предоставлена организаторами blazar
В конечном итоге все музеи создадут свою цифровую копию в метавселенной, считает Дмитрий Озерков, заведующий отделом современного искусства Государственного Эрмитажа.В настоящее время Озерков разрабатывает “Небесный Эрмитаж”, цифровую версию культового российского музея, в которой будет выставляться искусство, не поддающееся осязанию (NFT).“Мы все переходим в цифровую эпоху, и наш цифровой двойник будет следовать за нами повсюду”, – сказал Озерков в эксклюзивном интервью нашему сайту.Государственный Эрмитаж в Санкт-Петербурге, Россия, является крупнейшим музеем в мире по площади галерей, в которых хранится около 3 миллионов произведений искусства.В сентябре 2021 года музей сделал первые шаги в мире NFT, продав пять цифровых репродукций своих самых известных шедевров в виде NFT, выручив почти $450 000.В ноябре Эрмитаж открыл свою первую полностью цифровую выставку под названием “Эфирный эфир”, где 38 НФТ представлены в рамках цифровой реконструкции музея.В отличие от физического Эрмитажа, где посетители могут только смотреть на выставленные работы, виртуальная выставка позволяет посетителям взаимодействовать с выставленными НФТ.“Вы можете пройти через эти двери, ничего не трогая, а в виртуальном мире вы можете делать все, что угодно: вы можете играть с произведениями искусства, вы можете сделать их интерактивными, вы можете добавить к ним данные”, – пояснил Озерков.Выставку можно бесплатно посетить онлайн до 10 декабря.Как отметил Озерков, интерес Эрмитажа к НФТ выходит за рамки рыночной динамики и направлен на исследование художественной ценности, которую НФТ могут привнести в мир современного искусства.“Моя идея заключалась в том, чтобы взять подборку существующих работ с рынка, поместить их в музей и посмотреть: что в них осталось как искусство? Есть ли там искусство или то, что нам нравится, то, что мы ценим в них – это только деньги?”.
NFT или невзаимозаменяемый токен — криптотехнология, которую можно использовать для продажи чего угодно, в том числе и искусства. Многие художники стали активно пользоваться во время пандемии, когда все рабочие процессы перешли в интернет. Аналитики компании Chainalysis на основе данных о блокчейне посчитали, что в прошлом году объем продаж NFT составил около $40,9 миллиардов, а самым дорогим NFT-артом стала работа The Merge художника под псевдонимом Pak, которая была продана за $98,1 миллион. Что такое NFT, блокчейн и криптовалюты? Как и зачем начать собирать коллекцию NFT-арта? Школа Masters совместно с приглашенными экспертами в области криптотехнологий разработала курс из 11 лекций, чтобы разобраться со всеми аспектами NFT (в том числе и с юридическими) и понять, в чем уникальность этой технологии и как она меняет мир сейчас и изменит наше будущее.Место: Школа Masters, Итальянская, 17, Санкт-ПетербургЛекций в курсе:11. Вы можете пройти курс целиком или выбрать интересующие вас лекции15 февраля 2022 19:00 – 21:00 2 500 RUBЛекция Дмитрия Озеркова «Цифровизация искусства»На лекции мы поговорим о том, что такое цифровизация, обсудим кибернетическое и генеративное искусство, а также нет-арт. Узнаем о коллекционировании, экспонировании и хранении цифрового искусства и о фестивалях, где такое искусство можно посмотреть. 22 февраля 2022 19:00 – 21:00 1 500 RUBЛекция Анастасии Гарновой «Что такое NFT»Лекция будет посвящена истории NFT и первым проектам. Также на занятии нас ждут: основные термины и понятия, проблема авторства, идеи коллективного владения произведениями и меценатства, анализ визуальных направлений криптоарта, технология блокчейна как медиа, геймификация NFT-проектов и курируемые NFT-проекты. 1 марта 2022 19:00 – 21:00 1 500 RUBЛекция Анастасии Гарновой «Metaverse»Как рассказывают о том, чего ещё не существует. Инвестиции в аватары и как с этим могут быть связаны древнеримские ритуалы. Цифровая мода. Виртуальные галереи и выставки. Технология блокчейна как медиа. Геймификация NFT проектов.22 марта 2022 19:00 – 21:00 2 500 RUBВебинар Ольги Дворецкой «Как формировать свою первую коллекцию в NFT»С чего начать коллекцию NFT-искусства? На каких платформах искать перспективных художников? Чьи работы точно приобрести? Обсудим на лекции. Лекция пройдет в формате вебинара (онлайн).5 апреля 20222 000 RUBВебинар Александра Буренкова «Как формировать коллекцию на примере платформы Art Exchange»Критерии выбора художников при купировании маркетплейсов. Разбор платформы Art Exchange.Лекция пройдет в формате вебинара.12 апреля 2022 19:00 – 21:00 2 500 RUBЛекция Дарьи Парфененко «Специфика аукционного дома»Все больше крупных аукционных домов переходят на продажу NFT-арта, и наряду с традиционными произведениями искусства на аукционе выставляются цифровые работы. Зачем аукционным домам диджитал-искусство? Узнаем на лекции. 14 апреля 2022 19:00 – 21:00 2 000 RUBВебинар Дениса Давыдова «Создание художественного NFT дропа»На лекции поговорим об уникальных особенностях NFT как медиума — о генеративной графике, творческом программировании, машинном присутствии, изменяемости, интерактивности и многом другом. Лекция пройдет в формате вебинара.26 апреля 2022 19:00 – 21:00 2 000 RUBЛекция Майи Петровой «Правовые аспекты NFT»На лекции нас ждут: правовые аспекты регулирования выпуска и оборота NFT в РФ и мире, законодательство РФ о цифровых финансовых активах, ответственность и отчетность в связи с оборотом криптовалюты, регулирование отношений участников создания и оборота NFT искусства, защита и передача авторских прав при обороте NFT искусства, аферы и громкие кейсы.27 апреля 2022 19:00 – 21:00 2 000 RUBВебинар Ивана Пузырева «NFT галереи: от пещеры до голограммы»28 апреля 2022 19:00 – 21:00 2 000 RUBЛекция Ильи Рашкина «Фермы, блокчейн и криптовалюты»Лекция будет посвящена истории возникновения и развития в России майнинговых ферм, технологии блокчейн, криптовалюты.10 мая 2022 19:00 – 21:00 2 500 RUBЛекция Александра Буренкова «Последние тенденции в NFT»Изображение: “Millennial&State” Alexandr Iwaac.
Эксклюзивная лекция заведующего отделом современного искусства Государственного Эрмитажа Дмитрия Озеркова «NFT: продавать или покупать» для партнеров и друзей Business FM Петербург состоялась 15 декабря в особняке Путилова. Мнения гостей о современном цифровом искусстве разделились: одни считают, что синергия технологий и искусства дает феноменальные результаты, другие видят во всем этом лишь рыночную составляющую. Подробности – в специальном материале Business FM Петербург.
Первую запись на сайте «Википедии» всего из двух слов «Hello, World!» продали на аукционе за 750 тыс. долларов в виде NFT. Это в очередной раз доказывает, что цифровое искусство, во всяком случае, по стоимости, активно теснит общепризнанные шедевры из реального мира. Главными бенефициарами тренда выступают знаменитости. Так, свои токены уже выпустили Линдсей Лохан, Уильям Шатнер, Grimes и Snoop Dogg. Очевиден интерес и у инвесторов. Чтобы разобраться в том, как продавать свой и покупать чужой цифровой артефакт, Business FM Петербург провел закрытую встречу для друзей и партнеров с заведующим отделом современного искусства Государственного Эрмитажа Дмитрием Озерковым. По его мнению, ажиотаж вокруг NFT будет только нарастать:
Заведующий отделом современного искусства Государственного Эрмитажа Дмитрий Озерков Я думаю, что NFT – это про сегодня, которое незаметно переходит в завтра. Это и инвестиции, и способы функционирования мира, и это цифровое будущее, которое уже наступило – дальше будет только хуже. Если бы в этом году слово «вакцина» не было бы главным словом, то это было бы слово «NFT», да, это второй кандидат. Потому что, наконец-то нашли способ, как цифровыми активами можно распоряжаться официально, подконтрольно и легально. Дальше искусство, оно паразитирует на вот этой ситуации: а давайте цифровым активом назовем искусство, оцифруем и будем его торговать. Собственно говоря, это распадается на две темы: это деловая тема – сколько стоит это искусство, вторая тема – это искусство вообще или нет, какое искусство вообще может сюда зайти. Вот эти две темы сейчас и развиваются.
Главное, чтобы на фоне роста популярности цифрового искусства молодежь не забыла о традиционном, — отмечает генеральный директор компании Condair Russia Ирина Бернштейн:
Директор компании Condair Russia Ирина Бернштейн Мир идет вперед, и как когда-то мы дискутировали «театр или кино», то сейчас дискутируем «традиционное искусство или искусство цифровое». Мне кажется, будущее, оно именно в том чтобы создать такую широту взглядов: что важно или в чем опасность. Молодежь не должна думать, что только это и есть, они должны все-таки понимать, что есть традиции, есть история, есть великие художники. Наверное, мир сам решит, как ему развиваться. Мы можем только повлиять на наших близких, а уж как оно там пойдет – мы посмотрим. В любом случае, все, что существует, имеет право на существование – люди это выбрали, и надо уважать этот выбор.
Между тем, учредитель компании «Газинформсервис» Валерий Пустарнаков увидел в NFT лишь рыночную составляющую:
Учредитель компании «Газинформсервис» Валерий Пустарнаков Это не про искусство – это про деньги, это новый рынок. Что угодно можно продавать с помощью блокчейна. Там прекрасные алгоритмы заложены криптографические, там прослеживается вся история покупок и продаж, там нет проблем с точки зрения безопасности. Там есть проблемы, как на любом финансовом рынке: доллар, рубль – качаются они, меняются курсы. Так и в блокчейне. Так что это всё – про деньги.
У NFT, определенно, есть потенциал и за пределами сферы искусства, — убежден председатель комитета по промышленной политике, инновациям и торговле Петербурга Кирилл Соловейчик:
Председатель комитета по промышленной политике, инновациям и торговле Петербурга Кирилл Соловейчик Безусловно, мы видим все тренды цифровизации. Наверное, сейчас преждевременно говорить, как именно NFT проникнет в реальный сектор экономики, например, в промышленность, но это наводит на очень серьезные размышления о том, как это должно происходить. Я думаю, что развитие, в первую очередь, будет зависеть от творческого потенциала людей, которые рождают такого рода технологии. Применительно к чему? Вот, например к искусству: синергия с искусством дает такие феноменальные результаты, которые оплачиваются.
В свою очередь основатель Privаte Business Club Николай Шкилёв назвал конкретные примеры широкого использования NFT:
Основатель Privаte Business Club Николай Шкилёв Это 100% всё масштабируется. Если мы говорим об NFT, в это идут артисты, в это идут предприятия: я знаю, что только за неделю у меня пришло три запроса из трех строительных компаний из ОАЭ, которые хотят также NFT по недвижимости делать. Есть состоятельные люди, есть чиновники – они хотят, например, покупать недвижимость в разных странах, физически не могут выехать – они могут делать это через форумы NFT. Рынок растет действительно очень быстро, на самом деле, уже миллиардами исчисляется, а вообще – это блокчейн, там всё записывается, его невозможно обмануть, то есть всё есть на смарт-контрактах. Система работает очень четко и жестко все это отслеживается.
Есть, впрочем, и ряд опасений, — отмечает руководитель города-курорта Gatchina Gardens Наталья Осетрова:
Руководитель города-курорта Gatchina Gardens Наталья Осетрова В зависимости от состояния, в котором находится страна, человек, благополучие общества, таких интересов появляется всё больше. Как только мы скатываемся в сложную форму кризиса, когда насущные проблемы становятся на первый план, всё это откатывается назад. Поэтому я очень надеюсь, что цифровое общество будет развиваться, что мы не столкнемся с теми сложностями, которые отвлекут нас от дополнительных развлечений и увлечений.
Лекция искусствоведа Дмитрия Озеркова для друзей и партнёров Business FM Петербург состоялась в рамках серии закрытых мероприятий, которые организует радиостанция. В сфере наших интересов – тематические доклады профессионалов своего дела, а также экскурсии по известным, но «труднодоступным» местам: режимным объектам, архивам, библиотекам, а также частным и ведомственным музеям.
*Генеральный партнер: «А-Клуб» в Петербурге.
*Партнеры мероприятия: Condair Group, Gatchina Gardens, Masters Digital, ЛАДОГА.
Дмитрий Озерков подтвердил слухи о своем уходе из Эрмитажа — в своих соцсетях куратор заявил, что оставил все российские проекты из-за несогласия с войной в Украине.
Дмитрий Озерков был хранителем французской гравюры XV–XVIII веков и главой отдела современного искусства Эрмитажа, работал с Теодором Курентзисом, ИТМО, школой Masters и БДТ.
«Бумага» рассказывает, при чем тут летнее интервью Михаила Пиотровского, какие эрмитажные проекты возглавлял Озерков, с какими арт-институциями он сотрудничал и какой еще петербургский культурный функционер ушел со своего поста.
Слухи о том, что Дмитрий Озерков покинул Эрмитаж, уже циркулировали в музейной индустрии, но сам куратор подтвердил их только 2 октября. Озерков сделал это в своих социальных сетях на английском языке: по словам искусствоведа, он «не намерен иметь ничего общего с сегодняшней Россией».
Но в конце июня Пиотровский дал большое интервью «Российской газете», посвященное в том числе украинскому конфликту. «С отношением к военным действиям тоже всё не так просто. С одной стороны, война — это кровь и убийство, а с другой — самоутверждение людей, самоутверждение нации», — отметил в этой беседе директор Эрмитажа. Он также назвал зарубежные выставки музея «мощным культурным наступлением» и добавил, что Россия «совершает великие глобальные преобразования».
В отличие от Пиотровского, Озерков публично осудил войну в Украине еще 24 февраля. В итоге куратор оставил все российские проекты, перестав быть руководителем программы Art&Science Университета ИТМО, куратором MastersDigital и членом совета по культуре при губернаторе Петербурга. В комментариях к его посту отметили, что Озерков курировал также проектируемый московский культурный центр Zotov от находящегося под санкциями банка «ВТБ». «Из этого проекта вы тоже уходите?» — спросили у куратора. На этот вопрос он пока не ответил.
— После того как Россия ввела свои войска в Украину, диалог и уважение перестали что-либо значить в России, новости сменились пропагандой, в которой ничего не говорится об обвинении российских вооруженных сил в многочисленных преступлениях против мирного населения. Я, как гражданин России, вижу в этом позоре и свою вину. Мой выбор — прекратить что-либо делать в сегодняшней России и для нее.
С 1999 года Дмитрий Озерков работал в Эрмитаже хранителем французской гравюры XV–XVIII веков, а в 2007 году куратор и искусствовед возглавил еще и отдел современного искусства. Именно Озерков стал руководителем нашумевшего проекта «Эрмитаж 20/21», в рамках которого главный петербургский музей обратился к современному искусству.
С тех пор и до 2022 года музей провел десятки выставок: горожанам показывали произведения американского фотореалиста Чака Клоуза, Ильи Кабакова и его жены Эмилии, ирако-британской архитекторки Захи Хадид, мексиканской художницы Фриды Кало, китайца Чжаня Хуаня, английских концептуалистов братьев Чепмен и других всемирно известных авторов. Все эти проекты курировал Дмитрий Озерков.
Многие экспозиции выстраивались вокруг диалога нового и старого искусства. «Я убежден, что диалог современного искусства и работ старых мастеров, этот контраст, позволяет понять предметы сопоставления», — говорил сам Озерков.
Пожалуй, самой громкой и скандальной подобной выставкой стал проект бельгийца Яна Фабра «Рыцарь отчаяния — воин красоты»: в Зимнем дворце, Главном штабе и Новом Эрмитаже выставили чучела животных, черепа, нарисованные ручкой Bic картины и другие экспонаты. Экспозиция вызвала массовую критику, Озерков неоднократно отвечал на претензии. «Я, может, скажу страшную вещь, но музей не должен ориентироваться на общество. Общество должно идти за нами», — пояснял он.
Куратор принимал участие во многих эрмитажных проектах — например, осенью 2021 года Эрмитаж обратился к технологии и начал создание «Небесного Эрмитажа», цифрового филиала музея.
Дмитрий Озерков сотрудничал и с другими петербургскими арт-институциями: так, именно он стал куратором первой в России площадки по продаже NFT-арта от школы Masters. Кроме того, Озерков принимал участие в организации фестиваля Яна Фабра в БДТ — в 2019 году бельгиец привез в Петербург театральные постановки от своей компании Troubleyn. Специально для петербургского театра Фабр сделал спектакль «Ночной писатель», вошедший в постоянный репертуар БДТ.
В 2020–2021 годах Озерков был российским директором musicAeterna Теодора Курентзиса: именно он развивал Дом радио, петербургскую площадку коллектива. В это время в резиденции musicAeterna провели несколько заметных выставок: например, прошлой осенью там выставили фотографии Александра Родченко, а летом 2021 года в Доме радио показывали работы американского видеохудожника Билла Виолы — его видеоработу «Море безмолвия» можно было увидеть в Эрмитаже в 2014 году.
В качестве эксперта и спикера Озерков участвовал в десятках петербургских событий, посвященных искусству, а также активно комментировал вопросы культуры и искусства — например, проблемы взаимодействия Эрмитажа и публики или пожар в соборе Парижской Богоматери. 24 февраля 2022 года Озерков заявил в своем инстаграме: «Не понимаю, почему нельзя всё решить за столом переговоров; мне стыдно смотреть в глаза другим из-за сегодняшних новостей».
Искусствовед преподавал во многих учебных заведениях от Европейского университета до ИТМО, где Озерков возглавлял магистерскую программу в области Art&Science. Его статьи по эстетике, искусствознанию и философии искусства публиковались в «Артхронике», The Art Newspaper и других изданиях.
Дмитрий Озерков активно работал с международными проектами: например, именно он курировал некоторые выставки Эрмитажа на Венецианской биеннале изобразительного искусства. Озерков также был комиссаром «кочующей» европейской биеннале современного искусства Manifesta — в 2014 году событие провели в Петербурге, именно тогда петербургский искусствовед курировал его.
Кадровые изменения затронули и другую важную выставочную площадку города, ЦВЗ «Манеж». 31 августа стало известно, что директор учреждения Павел Пригара, руководивший «Манежем» с 2016 года, покидает свой пост. По данным «Фонтанки», Пригара перейдет на новую работу в Москве, причем она не будет связана с музеями или галереями.
Исполняющей обязанности директора выставочного зала стала замдиректора по развитию Анна Ялова — позднее ее могут утвердить в новой должности на постоянной основе.
«Павел Сергеевич сделал очень многое, и даже в сегодняшней сложной ситуации, когда все международные проекты остановились, были возможности продолжать работу, — прокомментировал эту информацию ректор петербургской Академии художеств Семен Михайловский. — Представить себе человека, который с таким же безупречным вкусом и заинтересованностью продолжил бы дело, непросто в сегодняшнем Петербурге».
Показано было 38 NFT-проектов. Здесь есть звезды, вспыхнувшие до эпохи блокчейна: например, знаменитый театральный режиссер Роберт Уилсон, видеоработа которого «Гага/Марат» отсылает одновременно к классическому искусству (картине Жака-Луи Давида «Смерть Марата»), и к поп-культуре (в образе французского революционера предстает Леди Гага). Показаны работы, уже ставшие классикой NFT-арта. Например, «Квантум» художника Кевина Маккоя и программиста Анила Дэша — одно из первых в истории токенизированных произведений, созданных в 2014-м еще до всплеска интереса к биткоину. Экспозиция — первая ласточка будущего масштабного проекта «Небесный Эрмитаж», рассказал куратор, искусствовед, заведующий Отделом современного искусства Государственного Эрмитажа Дмитрий Озерков:
«Выставка NFT — оксюморон»
По словам Дмитрия Озеркова, граница между офлайн- и онлайн-посещением музея постепенно стирается:
«Для моего поколения различие огромно. Однако дети, выросшие с гаджетами и широкополосным интернетом, воспринимают онлайн-мир не как отдельный и заведомо игровой, а как часть жизни. И игнорировать это нельзя. Музеи, не сумевшие откликнуться на вызовы современности, превратятся в пыльные архивы. А большинство зрителей будут смотреть экспонаты онлайн. Возможно, офлайн-опыт постепенно приобретет элитарный статус. Посещение музея уже стало сложным и трудоемким: нужно приехать, пройти контроль, подняться в зал. При этом скорость жизни увеличивается: мы пытаемся успеть все больше. В будущем в реальные музеи будут приходить люди, у которых достаточно времени, а также есть понимание, зачем это нужно: например, туристы. А основная масса будет посещать «в цифре» — это быстрее, дешевле, интерактивнее. Поэтому музеи столкнутся с серьезным вызовом — им нужно будет сохранить себя и одновременно не отстать от жизни, от новых реалий».
Дмитрий Озерков также рассказал о сложностях, с которыми столкнулись организаторы выставки:
«Выставка NFT — это оксюморон: чтобы показать токенизированные произведения, нужно изъять их из рыночного контекста. Потому что NFT-произведение всегда привязано к своему адресу, кошельку, рынку. И если «вытащить» его на выставку, оно лишается своей сути. Мы долго обсуждали эту проблему: в итоге решили официально запросить NFT у художников, владельцев, платформ и поставить ссылки на метаадреса. И пока шла выставка, просили владельцев или платформы заблокировать работы. А если они были выставлены на продажу — снять цену и указать, что временно не продаются. В идеальной ситуации владельцы могли бы перевести эти работы на криптокошелек Эрмитажа, а через месяц мы бы их вернули. Но музей оказался не совсем готов к этому технически, в том числе в плане криптобезопасности. Поэтому мы решили не рисковать».
По словам Дмитрия Озеркова, Государственный Эрмитаж пока не планирует закупать NFT-произведения — для этого нет бюджета. Однако о коллекции NFT-арта музей все-таки задумывается: в частности, ведутся переговоры о том, чтобы несколько работ с выставки остались в собрании: «Мы хотим и дальше развивать цифровое присутствие музея, — пояснил Озерков. — Думаю, следующий год покажет, в какую сторону будет развиваться “Небесный Эрмитаж”. В любом случае, мне кажется, без создания серьезной коллекции NFT уже не обойтись».
Монетизация: за и против
Может ли переход «в цифру» принести музею дополнительный доход? Эрмитаж, подобно другим институциям, занимается оцифровкой своих коллекций, в том числе в рамках госзадания: оцифрованные экспонаты заносятся в государственный каталог музейного фонда. Однако, как рассказала руководитель юридической службы Государственного Эрмитажа Марина Цыгулева, оцифрованные экспонаты пока не рассматриваются как отдельный источник дохода. Дело в лицензионной политике: музей внимательно относится к каждому способу использования оцифрованного произведения и не ставит такое использование на поток.
Впрочем, удачным экспериментом стал недавний проект, который музей не считает исключительно коммерческим, — продажа NFT-токенов пяти шедевров, хранящихся в Эрмитаже: картин «Мадонна Литта» Леонардо да Винчи, «Уголок сада в Монжероне» Клода Моне, «Юдифь» Джорджоне, «Куст сирени» Винсента Ван Гога и «Композиция VI» Василия Кандинского. Каждый NFT был создан в двух экземплярах: один остался в Эрмитаже, второй перешел к новому владельцу. Причем все цифровые копии были подписаны директором музея Михаилом Пиотровским. Токенизированные копии произведений продали за 440 000 долларов на маркетплейсе криптобиржи Binance — при стартовой цене каждого токена в 10 000 долларов.
«В сухом остатке Эрмитаж получил 335 000 долларов, или около 24 млн рублей, — рассказала Марина Цыгулева. — Нас спрашивают, куда делось еще 100 000 долларов. Согласно договору с агентом Государственный Эрмитаж получил деньги, вырученные в результате аукциона, за вычетом агентского вознаграждения, комиссии биржи, а также всех иных комиссий. Скажем, комиссия Binance составляет 10%. Кроме того, агент потратил средства на перевод и конвертацию криптовалюты в фиатные деньги: сначала в евро, потому что конвертация происходила в еврозоне, а потом в рубли. Эрмитаж в итоге получил именно рубли, причем договор был составлен так, что, если бы музей ничего не заработал на аукционе, агент тоже ничего не получил бы. Мы даже не компенсировали бы ему затраты, связанные с работой на бирже, созданием лендинга, проведением аукциона. Мне кажется, это красивая схема для стартапа. По результатам аукциона 5 млн рублей, или около 70 000 долларов мы заплатили в бюджет в виде налогов. И если бы не музей, государство не получило бы эти деньги. Хочу отметить, что весь проект — от идеи до воплощения — был придуман юридической службой Эрмитажа».
Скандал с Тилем Линдеманном
Цифровизация несет музеям не только новые возможности, но и риски — например, незаконное тиражирование произведений. Конечно, NFT-объект украсть не так просто: в отличие от холста, его невозможно тайком «вынести» из музея. На второй день работы выставки «Незримый эфир» цифровой посетитель попытался забрать «картину», однако эта история была специально инициирована музеем, признался Дмитрий Озерков: «В цифровом мире копия ничем не уступает оригиналу: просто, в отличие от NFT, она не является авторски подтвержденной. Что касается того случая — никому не интересно читать новость об открытии выставки, тем более многие не понимают, что такое NFT. А любой скандал, который хорошо заканчивается, — это удачный пиар-ход».
И все же NFT, по словам члена Комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России Юрия Брисова, — это выражение права на объект интеллектуальных прав. Что же получает покупатель токенизированного произведения?
«Согласно типовому контракту биржи токен можно только купить, продать, обменять и подарить, — пояснила Марина Цыгулева. — Мы прописали в договоре, что приобретатель нашего NFT-токена может использовать его для коммерческого показа. Например, вы купили цифровой «Куст сирени» Ван Гога с подписью Михаила Пиотровского и можете устроить выставку одного экспоната. Но выпустить с этим принтом футболки и сумки уже нельзя: это прямо не разрешено. Правда, можно обратиться в Государственный Эрмитаж, и если музей решит, что готов видеть продукцию с подобным изображением, то предложит заключить договор о коммерческом использовании цифрового произведения — уже отдельно от биржи и токенов. К сожалению, авторские права часто нарушаются по незнанию. Прежде всего, речь о коммерческом использовании произведений из коллекции Эрмитажа. Логика простая: зачем просить разрешение, если это вроде бы общественное достояние? Однако даже из общественного достояния есть изъятия — это касается охраняемых произведений. Например, в Эрмитаже висят картины Матисса. После смерти художника еще не прошло 70 лет, поэтому они не перешли в общественное достояние. И хотя эти вещи хранятся в стенах государственного музея, мы ничего не можем с ними сделать — только показывать за деньги. В остальных случаях нужно обращаться в фонд к наследникам Матисса. Однажды Эрмитаж делал детскую образовательную программу и хотел использовать в видеоряде фрагменты картины Матисса «Танец». Мы написали в фонд и получили отказ: нам ответили, что Матисс был бы против фрагментации своих произведений».
Громкий скандал, связанный с нарушением авторских прав в сфере NFT, случился этим летом. Тиль Линдеманн, солист группы Rammstein, выпустил коллекцию токенов на основе клипа «Любимый город», снятого в Эрмитаже. При этом в договоре музыканта с музеем использование интерьеров в NFT не обговаривалось.
«Тиль Линдеманн лично подписал двуязычный договор, заключенный в рамках Года Германии в России, — пояснила Марина Цыгулева. — Съемки шли в одном из зданий музея, возведенном немецким архитектором Лео фон Кленце. В Германии после бомбардировок почти не осталось дворцов, построенных Кленце, поэтому мы разрешили господину Линдеманну снять клип у нас. В договоре были указаны объекты, которые можно воспроизводить. Во время съемок артист нарушил условия договора — снял больше произведений, чем было оговорено. Но администрация музея закрыла на это глаза. Потом Эрмитаж начал подготовку в NFT-аукциону. И на самом пике этой подготовки выяснилось, что Линдеманн не просто снял, но еще и выложил на платформе Twelve X Twelve несколько токенов, получивших название NFTill. Один из них стоил 100 000 евро — к нему прилагался ужин с артистом в ресторане, остальные — 200‒300 евро. Нам это мешало со всех сторон. Во-первых, выпуск подобных NFT — нарушение договора. А во-вторых — это шло вразрез с нашим аукционом. Мы отправили претензии господину Линдеманну и его адвокату и получили ответ только от адвоката. Он спрашивал, что именно они нарушили: ведь, по его мнению, наши произведения являются общественным достоянием. Мы объяснили, что Линдеманн подписал договор, в котором четко указана цель воспроизведения и остальные ограничения. На этом общение с артистом и его адвокатом прекратилось, и мы обратились напрямую к немецкой платформе Twelve X Twelve. Ее представители запросили весь пакет документов, в том числе договор с Линдеманном, и в итоге пошли нам навстречу. Сказали, что у них нет таких денег, как у Линдеманна, однако они готовы заплатить нам и хотят обсудить сумму, приемлемую для обеих сторон, тем более что некоторые посетители платформы уже купили токены. В итоге мы договорились с Twelve X Twelve и расстались в легальной плоскости, без каких-либо проблем».
Что будет после NFT?
Кто сегодня покупает NFT-арт? По мнению Дмитрия Озеркова, токенизированные произведения являются «страховщиком» криптовалюты. Ту же роль выполняет современное искусство по отношению к фиатным деньгам:
«Когда падает стоимость фиатных денег, средства, вложенные в искусство, дешевеют гораздо медленнее. Этот механизм был открыт еще в середине XX века: он спасает от потери состояний. Судя по всему, NFT начинает играть ту же роль для владельцев криптовалюты, которая сильно поднялась за последний год. Многие ждут ее падения и стремятся разложить средства по разным корзинам: криптовалюта, фиатные деньги, искусство. Тем более, объективно произошла революция цифрового искусства. Мы сейчас находимся на заре NFT: однако, скорее всего, NFT — это промежуточный формат, как когда-то модные DVD-диски, которые пришли на смену винилу и кассетам. Тогда они казались панацеей, но в итоге уступили место другим форматам. Вероятно, и после NFT возникнет нечто совершенно новое и невероятное. И я уверен, что в IT-компаниях сейчас над этим усиленно работают».
Дмитрий Озерков напомнил, что отдел современного искусства в Эрмитаже, который он возглавил в 2006 году и под который был реконструирован Главный штаб, был создан генеральным директором Михаилом Пиотровским, чтобы «оживить коллекцию старого искусства, найти новые векторы развития и интерпретации, новый язык, на котором можно говорить о классическом искусстве». «Это был амбициозный и влиятельный проект, изменивший образ и статус музея, — пишет Дмитрий Озерков. — Он строился на диалоге и взаимном уважении к языкам и странам, национальностям и религиям, истории и современности». Дмитрий Озерков упомянул в числе достижений проведение интернациональной биеннале Manifesta в Эрмитаже в 2014 году, где возможно было показать работы Бориса Михайлова и Марлен Дюма, грандиозную выставку Яна Фабра в 2016-м, выставку Ансельма Кифера в 2017-м.
Как уверен куратор, после начала специальной военной операции «диалог и уважение ничего не значат в России». На решение покинуть музей, по его словам, особенно повлияло интервью Михаила Пиотровского, которое он дал в конце июня «Российской газете», где заявил, что «есть ситуации, где человек должен быть со своей страной».
Дмитрий Озерков сдал дела в Эрмитаже и также покинул несколько других российских проектов, в которых участвовал: программу Art and Science ИТМО, галерею «Цифергауз», Совет по культуре при губернаторе Санкт-Петербурга.
Свой пост Дмитрий Озерков проиллюстрировал фото из самолета с надписью «выход» на английском и греческом. Он написал, что приветствует всех, для кого exodus в смысле, в котором его употребляли авторы Септуагинты — греческих переводов Ветхого Завета, единственный путь в нынешней ситуации.
Музей пока не прокомментировал отставку.
Creativity and Daydream
“Zhang Huan. In the Ashes of History” Opening of the Exhibition
The Hermitage participates in an action to help the homeless
Сreativity and Daydream. Korean Eye 2020: Contemporary Korean Art
Благовещение. Иконография и стиль. Дискуссия по следам работы Отто Пэхта
Образ Рая / Загробного мира
Сон в искусстве: от «сна разума» — к «снам о чем-то большем»
Проблематика сна у Ремизова
Иконография Процветшего креста и программа резьбы Георгиевского собора в г. Юрьеве-Польском 1234 г.
Этьен Делон. Серия «Моральных эмблем» (R.-D. 205-224)
Графический кабинет Генриха Брюля
Винченцо Бренна и римские древности
1797: первый каталог Отделения гравюр Государственного Эрмитажа
Кабинет гравюр Адама Олсуфьева
Коллекционирование гравюр в России в середине второй половины 18 века
«Коллекция Берардо Галиани»
Современное искусство в России
Выставка Кифера в Эрмитаже
Дмитрий Озерков
15 февраля — 31 августа 2022
15 февраля — 17 мая 2022
14 сентября — 31 мая 2021
15 сентября — 31 мая 2023
13 сентября — 31 мая 2022
15 сентября — 2 июня 2022